Ивару Калнынышу 70.



«„Театр“, пожалуй, это самая законченная композиция», — ответил актер Ивар Калныньш, когда его спросили, какой работой в кино он гордится больше всего...  Этот фильм вышел на экраны в 1978 году, а до него у Калныньша была совершенно непримечательная карьера одного из многих советских актеров. О себе он рассказывал, что работать пошел в 14 лет, помогал своей семье и, когда после школы решил обучиться актерскому мастерству, родители не возражали: сын был уже взрослый и мог сам решить, что такое хорошо. Правда, само решение вызывает удивление даже спустя годы: Калныньш признавался, что в юности был «неформалом», носил длинные волосы, играл в рок-группах, болел битломанией, так что к официальному искусству должен был относиться как минимум настороженно. Но, видимо, жизнь значительно сложнее устоявшихся стереотипов. Он окончил театральный факультет Латвийской государственной консерватории, еще во время учебы начал играть в рижском театре имени Яна Райниса, тогда же дебютировал в кино. В театре играл много, киноролей тоже хватало. Правда, сам он признавался, что денег все равно не хватало, так что пришлось вспомнить про увлечение музыкой, собрать ансамбль из коллег по театру и отправиться с шефскими концертами по колхозным клубам. «В теплице выступали, да... в конюшнях, где только можно», — рассказывал актер.  В общем, была у него привычка не особо привередничать: то ли детство в многодетной семье сказалось, то ли что-то другое. Это можно назвать и трудолюбием: играть Ивар Калныньш любил и, кажется, стремился сыграть все роли, до которых мог дотянуться. Это справедливо и для театра, и для кино. Так, за первые шесть лет актерской карьеры в его послужном списке появилось огромное количество сыгранных спектаклей и с десяток ролей в разных по жанру фильмах. Причем не только в картинах родной вроде бы Рижской киностудии: его можно увидеть, например, в фильме «Право на прыжок», который снимался на «Мосфильме».  «Театр», наверное, должен был стать просто еще одной строчкой в его фильмографии. Эта лента, экранизация романа Сомерсета Моэма, предназначалась актрисе Вие Артмане: фильм снимался к ее полувековому юбилею, она должна была стать его звездой, ей даже доверили выбирать себе партнеров по экрану (и она ткнула пальцем в своего коллегу по театру), а музыку к картине написал Раймонд Паулс. Но так получилось, что обычная в целом роль молодого любовника стареющей примадонны превратила малоизвестного тогда актера в настоящую звезду: он ни в чем не уступил народной артистке СССР.   «Я уважал ее. Следовала какая-то влюбленность, потому что такие чувства нам приходилось играть. Но мы всегда оставались на „вы“, — рассказывал Калныньш об отношениях с Артмане. — К ней непросто было подойти, поздороваться. Это был целый ритуал. Она требовательна к себе и к другим. Но с ней всегда было интересно. Съемочный период я даже не помню. Он прошел как мгновение»...
Слава выразилась в увеличении количества громких кинопроектов. Правда, вмешался акцент, общая беда прибалтийских советских актеров. Так что чаще всего Калныньшу доставались роли иностранцев, в которых акцент даже приветствовался. А вот в фильмах «Личной безопасности не гарантирую...», «Не стреляйте в белых лебедей» или «ТАСС уполномочен заявить» его приходилось переозвучивать. Чаще всего за Калныньша говорил актер дубляжа Сергей Малишевский, но, например, в «Не стреляйте в белых лебедей» его герой говорит голосом Родиона Нахапетова.   Еще Калныньш жаловался на то, что его начали активно зазывать на роли героев-любовников.  «Мне стали предлагать похожие роли какое-то время ... я даже испугался, думаю: „Только такие салонные истории буду играть, тогда как надо бы что-то такое яркое сделать в другом жанре“», — рассказывал он.  Но нет, актером одного амплуа он не стал. Он даже играл эти роли так, что это было вовсе не стыдно, — как, допустим, в «Зимней вишне» Игоря Масленникова.  У Ивара Калныньша, пожалуй, одна из самых больших фильмографий среди советских актеров из Прибалтики: в ней около ста фильмов. Разумеется, пик его востребованности приходится на восьмидесятые: он вспоминал, что временами снимался одновременно в пяти картинах, работая еще и в театре, и эта нагрузка жутко выматывала.  «По-настоящему большого кино не было, может, и не будет уже. А очень хочется», — с горечью признавал актер.  Но последовал развал СССР, за ним — закономерная пауза и во взаимодействии кинематографистов вдруг появившихся независимых стран. У актера в начале девяностых было всего несколько фильмов, не самых известных, в которых он сыграл не самые значительные роли. Чтобы заполнить пустоту, Калныньш даже пошел в политику и какое-то время был депутатом латвийского Сейма, заседал в тамошней Комиссии по культуре.  «Та, советская, культура вдруг стала никому не нужна. Новому времени требовались новые герои, новые мысли, новая правда», — рассказывал актер в интервью.  Потом, можно сказать, все наладилось: его стали снова приглашать в российское кино, но в основном в различные сериалы. Ролей было очень много, чуть ли не половина фильмографии Калныньша приходится на девяностые и нулевые годы, но выделить какие-то ленты почти невозможно. За исключением, пожалуй, «Тайн дворцовых переворотов», в которых он сыграл генерал-фельдмаршала Миниха: тоже прибалта, который добился высоких постов при дворе русских царей в далеком уже XVIII веке.

Последние записи в журнале